RU EN

Книга Александра Долгина

Как нам стать договоропригодными,
или Практическое руководство по коллективным действиям

Начала экономической теории клубов Гонорары от Долгина

Бухгалтерия времени

В издательстве АСТ вышла книга "Манифест новой экономики. Вторая невидимая рука рынка" управляющего рекомендательным сервисом Имхонет, профессора ГУ ВШЭ Александра Долгина. По мнению автора, новая экономика - это, прежде всего, экономика личного времени людей. Важнейший инструмент для ее оптимизации - клубы: различные объединения людей, по интересам. Качество жизни конкретного человека зависит от того, что за люди его окружают и характера взаимодействия с ними.

 

Автор не ограничивается теорией, рассматривая в книге практические вопросы: что такое вторая рука рынка и как она действует, как связаны между собой талант, успех и "звездность", как заработать в социальных сетях, по какой бизнес-модели будут развиваться индустрии развлечений и медиа, как измерить культурные ценности и т.д.

 

Специально для OZON.ru Александр Долгин ответил на несколько наиболее часто обсуждаемых вопросов, затронутых в его книге. Мы также предлагаем вашему вниманию комментарии к книге президента Института национального проекта "Общественный договор" Александра Аузана и первого проректора ГУ ВШЭ Лев Якобсон.

 

Александр Долгин: " Чего не договаривает про счастье экономика счастья?


Не договаривает самого главного:

 

1. Счастье не так однозначно связано с показателями качества жизни, как принято считать. В Америке есть город Хэмпшир - самый ужасный город по всем показателям, включая зашкаливающий процент людей с ожирением. Но оказывается, что люди там вполне счастливы. И, напротив, в наиболее благополучных странах - самый высокий процент суицидов.

 

2. Счастье связано не столько с абсолютными показателями, сколько со скоростью улучшений. Плохо, если подвижки к лучшему происходят слишком медленно, но, как ни странно, едва ли не хуже, когда динамика слишком быстрая. В этом случае происходит перерасход личностных ресурсов плюс съедается потенциал будущих заслуг - как своих собственных, так и последующих поколений.

 

3. Не учитывается эффект эмоционального гистерезиса или, говоря иначе, эмоциональной асимметрии в восприятии успехов и неудач. Петлей гистерезиса называют кривую, напоминающую наклоненный в бок лепесток, вверх по ней взбираются с замедлением, вниз съезжают с ускорением.

 

Связь между счастьем и материальными улучшениями напоминает эту самую кривую. Немного упрощая, последующие благоприобретения приносят меньшее удовольствие, чем предыдущие. Однако расставаться с этой вроде бы не очень ощутимой добавкой чрезвычайно неприятно! Поэтому при колебаниях достатка в большую/меньшую сторону, эмоциональные качели раскачиваются неравномерно: потери терзают людей гораздо сильней, чем их радуют аналогичные по масштабу приобретения. Отсюда понятно, почему для человека лучше, когда подъем происходит плавно и постепенно - тогда он будет долгим и приятным. Иначе не миновать эмоциональных потерь на гистерезис.

 

4. Обычно доступная статистическая отчетность, которую используют СМИ, оперирует показателями в целом по стране, усредняя столицу с провинцией. Однако куда важнее географическое распределение благосостояния и, вообще, величина экономического неравенства в обществе.

 

Безусловно, все перечисленное в большей степени относится к благополучным общественным прослойкам. Что касается людей, живущих на пороге бедности, их поведение и удовлетворенность жизнью экономика моделирует достаточно хорошо.

 

Как связаны между собой талант, успех и "звездность"?


Менее прочно, чем хотелось бы и чем принято думать. Теория звезд объясняет, как из множества равно талантливых (или бесталанных) людей возникает звезда - фигура, "замыкающая" на себе максимум общественного внимания. Главный постулат этой теории: дело не в "звездах" и не в их таланте, а в том, что людям необходимо строго лимитированное число публичных фигур, о которых они могут поговорить друг с другом. Если "звезд" будет слишком много, и каждый выберет себе по "звездочке", обсудить их не удастся. Механизм, по которому выстреливает "звезда", называется "снежный ком". Пущенный первым, он "наворачивает" на себя весь снег (человеческое внимание), лишая его остальных. По этой модели "выстреливают" социальные сети в интернете. Некоторые из них растут быстрее других не потому что лучше/полезнее/функциональнее, а потому, что раньше успели набрать критическую массу пользователей. Отставшим приходится ждать, когда выпадет новый "снег".

 

Как измерить культурные ценности?


Единственный способ сделать это - поместить их в такие условия обмена, при которых участникам и наблюдателям будет наглядно видно, что на что и в каких пропорциях меняется. Интернет делает решение этой задачи принципиально возможным. Я имею в виду все формы пользовательских откликов в социальных сетях: оценки, комментарии, рецензии... А если культурный (символический) обмен станет более прозрачным, он будет в большей степени ориентирован на человека, чем на голую коммерцию.

 

Главная валюта культурного или межличностного обмена - это время, которое люди тратят на те или иные коммуникации с текстом, художественным произведением или собеседником. Результатом и целью этих трат является субъективное время, которое может быть разным по качеству. Оценивая свое время, человек решает, насколько хорошо, содержательно, насыщенно он провел тот или иной отрезок, заполненный той или иной коммуникацией (включая одиночество). Соцсети в интернете - это рыночная площадка для символического обмена, своего рода биржа. Здесь можно увидеть, на что люди тратят себя и как оценивают результаты этой траты. Индикатором служат их оценки, выставленные тем или иным записям. Сейчас это балльные оценки на Имхонете, или суть те же самые, хотя и предельно упрощенные "лайки" в Facebook, а также "спасибо" или "+/-" на других сайтах. Важно, чтобы эти данные, эти оценки ставились массово, собирались в статистики и стали видны самим людям. Тогда им будет проще отрефлексировать свое поведение и оптимизировать его. Словом, выбрать те коммуникации, которые приносят больше качественного времени.

 

Таким образом, мерилом культурной ценности (равно как и любых коммуникаций, не обязательно художественных) является количество хорошего (качественного) времени, которое слушание/смотрение/чтение/общение породило в людях. Чем большему числу людей понравилось, и чем сильней, тем больше ценность. Интернет позволяет собрать и суммировать эти данные. В дальнейшем при планировании своего времени мы придем к некому подобию бухгалтерии - как это имеет место в реальной большой экономике или в составлении семейного бюджета. Аналогичная статистика и учет будут вестись в символическом поле, ими будут пользоваться как инструментом рационального выбора.

 

Это совершенно неизбежный процесс, поскольку только 10, максимум 20 процентов человеческих ресурсов требуется для того, чтобы просто накормить-обогреть население планеты. Все остальное - коммуникативная, нематериальная, символическая активность. Это означает, что информационные, символические, медийные рынки становятся главными: за ними закрепляется контрольный пакет в индустриях и практиках человеческого самоощущения и счастья. А коль так, то все точнее будут проступать количественные контуры символического обмена - через фиксацию и измерение тех мириадов обменных актов, что идут на этих рынках. Вобрав в себя львиную долю человеческой активности, коммуникации и стоящие за ними личностные ресурсы обязательно потребуют более строгого, рачительного, эффективного обращения. Овладение этими новыми практиками - во благо человеку и обществу.

 

Лев Якобсон: "Книга Долгина как раз об этой экономике, где ключевым фактором становится возможность одного человека протянуть руку другому человеку"


Можно с уверенностью сказать, что в ближайшем будущем решающими станут коммуникации в широком смысле (не только транспорт, но, прежде всего, информация, способность ее генерировать, отбирать и воспринимать). Если немного заострить, сегодня нация с развитой промышленностью и скудными природными ресурсами может жить богато, а страна, у которой много всего под почвой, может жить гораздо беднее. А завтра, например, может сложиться ситуация, когда нет никакого производства в привычном смысле, но зато страна - лидер по коммуникациям. Отсюда и возникает то, что мы называем новой экономикой. Книга Долгина как раз об этой экономике, где ключевым фактором становится возможность одного человека протянуть руку другому человеку. Разумеется, фигурально. Ключевое значение в этом имеет информация. Работы об этом существуют, но в книге Долгина есть одна особенность, которая отражена в заголовке - "Манифест". Это целостное послание, месседж. Книга легко читается, она убедительна, традиционные для экономических трудов ссылки ее перегрузили бы.

 

В этом месседже есть акцент, чрезвычайно ценный лично для меня - это роль сотрудничества. Ведь принято считать, что экономисты видят исключительно конфликты между людьми. Допустим, у меня есть кусок хлеба, если я его съем, вам не достанется. Даже к микрофону, которым я сейчас пользуюсь, можно подойти только по очереди. Другое дело коммуникация: от того, что в нее втянуто множество людей, возникает приращение полезности для каждого. В такой ситуации изменяется роль сотрудничества, даже необязательно речь должна идти об альтруизме, просто вместе - выгоднее. Это ситуация противоположная конфликтам.

 

Если в традиционной экономике главной проблемой была редкость (мало хлеба и микрофонов - на всех не хватает), то в новой экономике доминирующей становится скудость способности воспринимать - вон в интернете сколько всего. В нем есть и прямое общение (например, с конкретным блогером в чате), и косвенное (фильмы, тексты, музыка - это ведь тоже общение). В итоге основным ограничением (а экономика всегда строится вокруг ограничений) становится не редкость, а порог восприятия. Не то, что пирожков мало, а то, что на человека обрушивается вал информационных пирожков, и если в этом потоке не ориентироваться разумным образом, то либо попадешь в желтый дом, либо погибнешь. Возникает специфическая проблема разумного использования того ограниченного ресурса восприятия, который у меня есть. И тут оказывается, что грамотно пользоваться коммуникацией можно только опираясь на другие коммуникации.

 

Александр Долгин - не только исследователь, но и практик. И это очень хорошо, особенно когда речь идет о новом феномене. Вы знаете, когда вылетает сова? В сумерки, когда феномен уже начинает умирать. Вот тогда ученый начинает его осмыслять, раньше это было в тиши библиотек, теперь перед компьютером, но сам ученый с феноменом, когда тот рождается, дела не имеет. А ведь многое можно осмыслить, только участвуя в процессе. Долгин участвует в процессе: создал Имхонет, и эмпирические данные в книге - из этого живого опыта. Я повторюсь: эта книга - с одной стороны, экономический труд, с другой стороны - месседж, адресованный обычным людям, который можно прочитать без напряжения и с интересом. Долгин вводит в обиход те изменения, которые мы сейчас переживаем, и которые очень важны для будущего.

 

Александр Аузан: "Я бы назвал всю книгу - "Закон сохранения счастья"".


Я бы читал эту книгу не с начала, а с конца - с приложений. Открываешь приложения и, боже мой! как интересно! Я уж не говорю о том, что они называются так, как я бы назвал всю книгу - "Закон сохранения счастья. Эмпирические данные". Я уговариваю Александра Долгина подробнее описать свои эксперименты, проведенные на рекомендательном портале Имхонет, потому что даже самые первые результаты интригуют. Почему, к примеру, в распределении оценок разных культурных продуктов на Имхонете максимум удовлетворения всегда оказывается в районе 8 баллов по 10-балльной шкале? Неважно, что люди оценивают - художественную литературу, музыку, кино… Оказывается в индивидууме и социуме поддерживается определенная пропорция позитива и негатива, и ее довольно трудно сдвинуть относительно некоего уровня. И Долгин полушутя, полусерьезно выдвигает гипотезу о законе сохранения количества счастья - по аналогии с законом сохранения энергии. Такие эксперименты рождают вал теоретических вопросов и идей.

 

Участились случаи, когда производители не могут защитить свой продукт и получить за него деньги. Но жить-то как-то нужно. И тут появляются два гениальных решения. Первое - в логике "а пусть воруют": разрешаем использовать на условиях, что вы берете, доделываете и получается продукт, которым будут пользоваться все. Но таким образом решается только часть проблемы - никто не прячет продукт, из него можно сделать более сложную систему. Но как покрыть издержки? Тогда возникает постфактумная оплата: кто сколько может и считает нужным, тот столько и заплатит. И тут Долгин находит очень правильный механизм, объясняя, почему постфактумная оплата работает. Человек сам оценивает ценность того, что он получил, не по издержкам, а по другим параметрам.

 

Но почему человек все-таки платит? Оказывается, что это работает там, где люди объединены в какие-нибудь группы, сообщества. И эти сообщества принуждают человека вести себя прилично. Если кто-то в этом зале начнет плевать на пол, то уголовный кодекс это не запрещает, и административный тоже, это регулируется чем-то другим. Я подозреваю, что этого человека в этот зал больше не пригласят. С постоплатой то же самое. Ты же сказал, что играешь в игру, тогда не передергивай, заплати денежку, какую считаешь нужной. И Долгин подтверждает все это экспериментально. Если люди начинают кучковаться в интернете не просто поболтать, а по каким-то ценностным характеристикам - то образуются клубы.

 

Сильный пассаж Долгина, что как из поселений отшельников выросли монастыри и институт церкви, так и из интернет-клубов способны вырасти совершенно новые институты. Это выглядит убедительно потому, что люди скучковались не случайно, а потому что у них общие вкусы, они обмениваются информацией о том какие книжки читать, а какие не стоит. И это архи важно, поскольку позволяет не тратить свою единственную и бесценную жизнь на чтение ерунды. Очень важно, чтобы кто-то, кому ты доверяешь, сказал "ты это не читай, а лучше прочти вот это". И все это с цифрами и графиками опубликовано в приложениях.


Ozon.ru
04.11.2010